Новости

“Производство фильмов невозможно без рисков” – интервью с кинопродюсером Лилией Ле

В январе 2021-го на ежегодном фестивале Anaheim International Film Festival, состоялась премьера короткометражного фильма “Breadcrumbs”, автором которого является белорусский режиссер Константин Пивовар. Фильм участвовал в программах пятнадцати международных киноконкурсов и завоевал такие престижные награды, как номинация на “Лучший сценарий для короткого метра” на Beverly Hills Film Festival и “Лучший продюсер” на Rome International Movie Awards. В 2022-м фильм будет доступен для публичного просмотра на одной из самых крупных онлайн площадок в США: IndieFlix.


Мы поговорили с продюсером Лилией Ле Диеу, с которой обсудили фильм, кинопроизводство и успешное сотрудничество с Андреем Дергачевым, выдающимся звукорежиссером и композитором. Андрей приложил руку к сведению звука в “Breadcrumbs”. Он известен работой над саундтреком в полнометражных картинах “Левиафан”, “Нелюбовь” и “Возвращение” (реж: А. Звягинцев).


Лилия рассказала, что отличает невероятный сценарий от обычного, как дебютантам привлечь профессионалов в свою команду и как выделяться в конкурентной среде.

Короткая справка: Лилия Ле Диеу – продюсер, 27 лет. Продюсер кино, анимационных роликов и коммерческих съемок. Член жюри кинофестивалей в России и США. На ее счету организация около тридцати успешных проектов, в которых она приняла участие, как основной продюсер. В «Breadcrumbs» Лилия руководила всеми технологическими аспектами – она запустила и курировала фильм, собрала финансирование и привела его к успеху среди критиков. В свободное время Лилия пишет авторские статьи о кино в NoFilmSchool и участвует в мероприятиях о кино, как приглашенный спикер.


Что вас зацепило в сценарии “Breadcrumbs”?


Замысел, построенный вокруг разговоров о человеческой сущности. Сама история показалась мне очень необычной и слегка абсурдной, а самое главное – новой. Я не смогу назвать аналогов этого сценария. Он перекликается со многими насущными темами, которые меня волнуют, и я наблюдаю, как многие люди задаются теми же вопросами, которые задают себе главные герои: “Помогаю ли я другу от искреннего сочувствия или просто хочу убедиться в своей доброте?”, “Если я сделал что-то хорошее, но никто об этом не узнал, достаточно ли мне этого?”. Антагонист, С. (актер: Патрик Мервелль), произносит такую фразу: “Имею ли я право судить других и вмешиваться в их жизнь?”. И мне кажется, что каждый из нас сталкивался с этой дилеммой. Сейчас принято говорить: “каждый пусть делает, что хочет, я не буду судить”. Режиссер предлагает взглянуть на этот вопрос по-другому: возможно “судить” – не всегда плохо. При этом, история не говорит зрителю, чью сторону принимать, она просто раскрывается, каждый человек вправе сам для себя решить и определиться с выводами.


Константин вдохновлялся рассказами Франца Кафки, и самая очевидная параллель, это отсутствие преамбулы, некого предисловия, которое объяснит, что вообще происходит. В коротком метре не так много времени для растягивания сюжета, зритель должен успеть пройти все стадии вовлечения меньше, чем за 40 мин. Желательно за 15-20. Это непростая задача, и сценарии Константина с ней справляются. За это я их и выделяю.


Если посмотреть краткие содержания ваших главных проектов, прослеживается некий почерк: вам нравятся глубокие, даже тяжелые, истории о героях, которые превозмогают себя. Верно?


На самом деле все не настолько депрессивно, у нас есть и идеи для комедий (Смеется.), Но, да, мне гораздо интереснее продвигать идеи, которые не лежат на поверхности и отделены от обыденности. Человеческие мотивации и внутренние конфликты – вот, что меня привлекает в сценариях. Все начинается с уникальной идеи. Когда сценарист знает, в чем зерно его истории, это сразу видно. Мы не ходим вокруг да около, не пытаемся повторять за другими авторами или референсами. Мы просто хотим снимать кино, которое может существовать само по себе, в абсолюте, и заставлять зрителя что-то чувствовать, узнавать себя. Но не на поверхностной грани, когда герои одеваются и ходят в те же места, что и общество, а на более тонкой, той, что скрывается от внешнего мира, то, что нужно откопать. Наверное, поэтому в большинстве моих проектов действие происходит в приватных условиях. Там, где люди наедине с собой и своей горькой реальностью.


Например, в “Paintless” (фильм о художнице времен Второго Пришествия), мы следим за историей одного творческого человека, который отказывается созидать в то время как Бог существует, и он, по сути, стоит за всеми ее идеями. Чем не интересная почва для размышлений?


То есть, самое главное – это сценарий?

Абсолютно. Это ядро, связывающее все составляющие хорошего кино. Не однодневного для пятничного просмотра с попкорном, а кино, которое застревает в голове на долгие годы и не дает тебе покоя, вдохновляет, смешит, тревожит, вызывает любые чувства, кроме равнодушия. Я часто наблюдаю, как талантливые режиссеры и продюсеры много сил и времени отдают визуалу, приемам, декорациям, пытаются привлечь громкие имена для продвижения. Но, когда слышишь о чем фильм, вздыхаешь. Скажу прямо: большинство фильмов сейчас вторичны, возникает мысль: “Где-то я это уже видел”. Если культовый режиссер уже давно снял эту идею с многомиллионным бюджетом, зачем режиссер-дебютант пытается ее воссоздать, на что он надеется? Я ценю профессионалов, которые придумывают что-то новое, не пытаются угнаться за кумирами или отвечать сегодняшним трендам, идеологии и популяризированным темам. Для меня все просто: сценарий должен быть интересным, логичным и относительно реалистичным (то есть в рамках здравого смысла). Если мы закрываем эти три пункта, то уже выделяемся из толпы. И не так важно, где происходит действие.


Второй важный момент – это актерская игра, но это вообще отдельный разговор. Если нет качественной актерской игры и продуктивной совместной работы с режиссером, то сценарий не “оживает”, он остается текстом на бумаге, потраченным потенциалом.


По поводу актеров. Как происходил процесс кастинга, искали ли вы определенные типажи?


Кастинг был очень трудоемким процессом, который себя оправдал на 100%. Актерская игра выводит наш фильм на отдельный уровень. Не побоюсь сказать, что такого реализма в происходящем, вы редко встретите. Нет ощущения, что герои не верят в то, что говорят. Оба актера справились прекрасно и добавили правдоподобности в сюрреалистичную атмосферу. Типажи были, но не особо четкие, на кастингах мы искали молодых людей лет 30. По сути единственным главным критерием для нас был талант. Остальные критерии были второстепенны.


Около трех месяцев мы вели длинные таблицы для поиска актеров, вносили информацию о тех, кто запомнился. Просили прислать видеозаписи с отрывком из диалога. Процент отобранных для живого прослушивания актеров был мизерным. Скажем, из 100 лиц стоило звать на прослушивание двух-трех актеров. Актера на роль С. взяли после просмотра видео, которое он нам прислал. Мы были очень впечатлены. Он живет в Нью-Йорке, мы никак не могли найти талант в ЛА и стали писать актерам из других Штатов. Актер на роль Р. согласился сниматься после нескольких встреч со мной – мне пришлось лично его убеждать сняться, т.к. он нечасто принимал участие в короткометражках. Здесь роль продюсера и была ключевой, как потом сказал Майк, его задела моя страсть к этому фильму и горящие глаза. Я действительно очень хотела его взять на эту роль, лучше кандидатов не было. Константин провел большую работу на репетициях и площадке, в итоге все звезды сошлись, в выборе мы очень довольны.


Что было неожиданно сложным в производстве этого фильма?


Не поверите – найти коридор в Лос-Анджелесе, который бы соответствовал всем запросам. Он должен был быть длинным, без окон, с определенной атмосферой, дверями. Мы объездили столько локаций, что за две недели до съемок даже задумались о том, чтобы его построить. Что, конечно же, было бы самой затратной и сложной задачей.


В итоге остановились на коридоре студии, где мы снимали сцены в квартире Р. Коридор не был предназначен для съемок, там были кабинеты начальства, но нам разрешили снимать. В итоге мы повесили “зеленку” и удлинили коридор в VFX. А художник-постановщик со своим цехом приехали на пару часов раньше, чтобы полностью оклеить стены черными обоями. Мы шутили, что “Breadcrumbs” дешевле и проще было бы снять дома, в Минске. Там полно темных длинных помещений.


Мир “Breadcrumbs” кажется аскетичным, мы не особо можем понять, где происходит действие фильма. Это сделано намеренно?


Да, мы постарались сконцентрировать внимание зрителя на взаимодействии между персонажами и не отвлекаться на окружающую среду. Плюс это добавляло некую таинственность и сдавленность, не было ощущения воздуха, пространства. Эта история могла происходить в любой стране, в любом году, она не была локальной. Хотелось, чтобы мир “Breadcrumbs” существовал сам по себе, но казался знакомым. Минимализм оставляет простор для воображения.

Расскажите о работе над звуком. Как вы познакомились с Андреем Дергачевым?


Работа над звуком является очень недооцененным трудом. Мало кто представляет себе, насколько это сложная задача, требующая большого затрата времени. До погружения в кинопроизводство в моем представлении работа сводилась к удалению помех, сведению диалогов и добавлению саунд-дизайна. Когда мы завершили пост-продакшн, я поняла, что аудио это не просто качественная звуковая дорожка. Аудио это 50% картины, это дополнение визуала, и очень мощный инструмент, который может вознести фильм на отдельный, профессиональный уровень.


Поиски звукорежиссера заняли месяцы. Мы начинали сотрудничество, но в итоге не могли остановиться на “своем” человеке. Фильм отправляли сотням людей, а работу запускали минимум с десятью звуковиками. Наш фильм не был простым для сведения, т.к. в нем нужна была определенная атмосфера и уникальный подход, который сложно описать словами. Звук с площадки был хороший, главная проблема была не в качестве. Фильму не хватало общего видения, единой звуковой темы и внимания к деталям. Да и просто сложно было найти человека, который понял бы этот фильм и его посыл на 100%.


В итоге вышли на Андрея, прислали ему письмо с подробным описанием, чего мы хотим и что для нас значит этот фильм. Что-то в концепции его зацепило, и абсолютно неожиданно для нас он стал частью нашей команды. Сотрудничество было невероятно приятным, плодотворным и интересным. Андрей не переставал удивлять свои подходом, техническими способностями и талантом размышлять о картине как рассказчик. Он не был просто “руками”, которые осуществляют задумку режиссера. Он принимал решения самостоятельно, придумывал идеи, шел до конца и подключил очень крутую команду по звуку, каждый член которой постарался на славу. Мы конечно же были знакомы с его работами, все-таки нечасто российские фильмы получают Золотой Глобус. На финальное сведение Константин приехал в FlySound, лучшую студию в Москве, и они довели работу вместе до конца. Получилось очень качественно.


Поэтому для нас и было хорошим знаком, что опытные талантливые профессионалы соглашаются с нами сотрудничать, значит, мы на верном пути. Вы не представляете, сколько раз я слышала, что для того, чтобы добиться высшего результата, нужно много денег, рук, громких имен. Но для настоящих художников, людей, которые выбрали этот вид искусства не ради славы или коммерческого успеха, это все не имеет значения. Когда точки соприкосновения и цели сходятся, люди смотрят не на личную выгоду или кратковременный заработок. Они хотят работать над фильмами, которые с гордостью смогут тоже назвать “своими”. “Breadcrumbs” — это общий ребенок множества талантливых людей. 


Что вы считаете главным в работе продюсера?


Если мы говорим о креативных, а не линейных продюсерах, то, конечно же, в первую очередь, продюсер должен воспринимать проект как свой собственный. Он в одной лодке с режиссером, сценаристом. А под ним уже, как правило, другие продюсеры, неспроста в титрах их обычно два-три.


Его задача – помочь режиссеру сфокусироваться на творческой части, взяв на себя ответственность за все остальное. Есть ошибочное мнение, что продюсер занимается в основном финансами. Но это маленькая часть обязанностей. Продюсер приобретает права на интересный сценарий и доводит фильм до успеха. Он должен быть вовлечен в каждый этап, курировать все организационные процессы. А если назвать один пункт, который я считаю критическим, то это будет поиск и наем лучшей команды, которая сможет воплотить задумку режиссера в максимально качественном виде.


Мой талант, о котором я даже не подозревала раньше, — это умение доставать людей из под земли. Вы не представляете, сколько профессионалов себя не рекламируют открыто. Не так легко можно найти человека, просто вбив запрос в группу или выставив пост в соц. сетях. Ты должен уметь копать, ходить на мероприятия, собирать контакты, стучать во все двери. И самое главное – не останавливаться в расширении своей базы киноработников.

Есть ли у вас советы для тех, кто еще нащупывает почву в кинопроизводстве?


Если возьмем за дефолт, что мы говорим о людях идейных и креативных (потому что без этого никак), то для меня главное – не мыслить категориями и рамками. В киношколах и пособиях нас любят загонять в правила. Они твердят, что раз так делал Кубрик и Финчер, значит, и ты должен следовать примеру. Но кинематограф не строился по формулам и законам. По кирпичику в его историю свой вклад вносили люди, умеющие мыслить шире, принимать решения вопреки студиям, зрителям. Вспомните, как изменилось производство и восприятие сериалов за последние двадцать лет. До “Клана Сопрано”, телевидение конвейером выпускало низкобюджетный предсказуемый контент, все шло по отработанной схеме. Но множество крупных успешных сериалов, вроде “Во все тяжкие”, “Игры Престолов” (первые сезоны), “Карточный Домик”, доказали, что нестандартное повествование может собрать множество зрителей и привязать их к экранам.


Приведу такой пример: длительность “Breadcrumbs” 27 минут. Это много. Большинство скажет вам, что короткометражки длиннее 15 минут, — это риск, что люди не будут смотреть, а фестивали откажутся вас показывать. Но для нас рассказать историю полноценно и иметь этот фильм в долгосрочном активе было гораздо важнее. Многие международные фестивали показали наш фильм и зрители встретили его очень тепло. На Q&A многие сказали, что даже не заметили, как пролетели полчаса. Мы взяли награду “Лучший короткий метр” на фестивалях Reale Film Festival, Feel the Reel, Sweden Film Awards, попали в программу международного конкурса Lime Light.


Сейчас мы с Константином заканчиваем работу над сценарием полнометражной картины, приквела о персонаже С. Занимаемся поисками инвесторов. И ничего не говорит за себя лучше, чем короткий метр. Это хорошее доказательство нашего видения и того, на что мы способны. В ближайшие годы у меня запланировано продюсирование нескольких крупных проектов, включая полнометражные работы других сценаристов.


Не бойтесь обращаться к людям выше вашего калибра (так называемым “акулам индустрии”), не бойтесь “продавать” ваши идеи. Продюсирование – это про общение, умение убеждать и вдохновлять, быть готовым к отказам, критике, форс-мажорам. Проблемы всегда будут возникать, но там, где закрывается одна дверь, открывается другая и ведёт к лучшему раскладу.


Короче говоря, нужно рисковать, несмотря на то, что риски высоки. Но тот, кто не рискует, не пьет потом шампанское в Каннах (смеется.)

Автор: Елена Васильева

Фото принадлежат Лилии Ле Диеу.

Подпишись на нас в Яндекс Новостях